Города железного века | Интересные факты

Города железного века

ИТ Услуги в Москве - абонентское обслуживание компьютеров. Обслуживание компьютеров в Москве. .

Политика

На ранних этапах своего существования железный век означал возврат к более мелким экономическим ячейкам. Города раннего периода железного века редко были населены более чем несколькими тысячами людей, в то время как в городах бронзового века жили сотни тысяч. К V веку до н. э., по мере распространения рабства, стало возможным значительное расширение городов; в Афинах население достигало максимум 320 тысяч человек, из которых лишь 172 тысячи были гражданами, а в Риме в период его наивысшего могущества проживало около миллиона. Первые города образовались на месте скопления приблизительно дюжины деревень²-’¹⁶. Это, однако, не означало возврата к условиям времен неолита, а для широких слоев населения означало возврат к условиям с таким же или более высоким уровнем жизни, как и уровень бронзового века. Город железного века унаследовал все, что он мог использовать из ремесел городов бронзового века, то есть все, кроме организации работ большого масштаба. Города раннего периода железного века с их ограниченной территорией редко шли дальше сооружения укреплений, гаваней и иногда акведуков. Кроме того, этот город использовал также и металл, который чрезвычайно усовершенствовал земледелие и ремесленное производство, и ему не было нужды обеспечивать самого себя—город железного века мог полагаться на торговлю как необходимыми предметами, так и предметами роскоши. Это было возможно лишь потому, что усовершенствование методов производства позволило производить товары для рынка. Железный век—это первый век, когда товарное производство становится естественной и действительно существенной частью экономической деятельности. Другой социально-экономической особенностью железного века явилось использование рабов не просто, как прежде, для услужения, но и в качестве средств производства продуктов для рынка. Это имело место главным образом в сельском хозяйстве и на рудниках и вместе с тем распространилось в области ремесленного производства. Значение рабства, как мы увидим (стр. 133), неуклонно возрастало до тех пор, пока оно не стало преобладающей формой труда. Это обстоятельство само по себе было существенным фактором, явившимся причиной падения всей культуры с последующим превращением рабов, равно как и свободных бедняков, в обыкновенных крепостных (стр. 150—151).

Город железного века превратился почти с самого начала в удобно расположенный центр ремесла и торговли, имеющий возможность получать извне сырье и даже рабочую силу—рабов в обмен на продажу своих продуктов.

Однако эти преимущества в значительной степени увеличили опасность войны. Эта новая культура родилась в войне—в разграблении городов в обстановке непрестанного соперничества. Трудно было изжить такие обычаи: первенствующее значение приобретали вопросы обороны; города строились в менее всего удобных для этого местах—на вершинах холмов, вроде древнего высоко расположенного города—Акрополя—в Афинах, или на островах, подобно Тиру, и все горожане неизбежно были солдатами. Тем не менее небольшие города железного века были проще и свободнее, чем старые города, расположенные в долинах рек. Они давали к тому же гораздо больший кругозор своим жителям, которые были вынуждены организовываться, чтобы заботиться об общих интересах, а не о том, чтобы занять свое место на предустановленной иерархической лестнице. Тем самым город железного века дал начало политике и образованию—в результате политической борьбы между классами в этих городах— сменяющих друг друга форм олигархии, тирании и демократии.

Деньги и кредит

Великим социальным изобретением, которое привело как к распространению, так и к внутренней неустойчивости цивилизации железного века, было изобретение металлических денег, сначала в виде чеканных слитков в Лидии и затем, после VII века до н. э., в виде монет.Взвешенные количества металла использовались в качестве денег и в древних империях, но их использование было исключением, а правилом оставались обмен и оплата товарами. Деньги, которые вскоре стали мерилом всякой стоимости, превратили все установленные общественные отношения в отношения купли и продажи. Именно ввиду своего всеобщего и безличного характера деньги, предоставляя права без обязательств, сделали возможной концентрацию власти в руках богатых. В то же время, заменив прежнее распределение действительного богатства в племени, деньги отняли у бедняков все возможности защиты. Для них существование денег имело отрицательное значение, они жили в состоянии постоянной задолженности. Угнетение бедных поистине так же старо, как и сама цивилизация. Тем не менее имелось существенное различие между его формами в самые древние времена и в железном веке. В первом случае оно имело постепенный и частичный характер. Экономика возникла непосредственно из родового общества, и традиции были препятствием для произвольных действий. Земледелец имел много обязанностей, но он также имел и права. Если он и принадлежал земле, то и земля также принадлежала ему. Он производил свои платежи натурой, а коммерческие сделки и долги большей частью были распространены лишь среди населения городов. В железном веке произошел резкий переход от родовой к денежной экономике. Существовавшие с незапамятных времен обычаи были уничтожены всего за несколько поколений, и власть денег могла пренебрегать всеми правами.

С другой стороны, земледелец был потенциально гораздо более независим. Если он находил свое положение нетерпимым, он мог присоединиться к какой-нибудь группе людей для создания нового поселения. Если достаточное количество людей находило свое положение нетерпимым, они могли восстать и действительно восставали. В условиях общего употребления железа и обучения всех граждан обращаться с оружием такие восстания были часто успешными, и страх перед ними сдерживал произвол олигархов и тиранов.

Тем не менее с начала железного века гнет власти денег и неоднократные, хотя и неизбежно временные, успехи в попытках избавиться от него путем реформы или революции стали лейтмотивом истории городов. К концу классической эпохи, во времена эллинистической и Римской империй, власть денег, казалось, одержала полную победу, но именно эта победа привела к столь широко распространенной нищете и отчаянию, так что весь строй рухнул и произошел возврат к более простой феодальной экономике, в которой деньги на первых порах играли лишь незначительную роль.

Алфавит и литература

Важным достижением железного века для возникновения науки было упрощение сложных систем письма—иероглифического и клинописного,— существовавших в эпоху древних империй, и создание простого финикийского алфавита, который сделал грамотность такой же общедоступной и демократичной, как и железо. Этот алфавит образовался в связи с торговыми сношениями между народами, которые говорили на различных языках, а должны были иметь дело с одними и теми же вещами. Так как символизм алфавита был основан на звуках, он мог использоваться в различных языках; одновременно он открыл мир разумных сношений для гораздо более широкого круга лиц, чем круг жрецов и чиновников в прежние времена. Письменность перестала применяться исключительно для составления официальных или деловых документов, начала появляться литература—поэтическая, историческая и философская. Понятно, что сами поэтические и прозаические произведения, в форме эпосов или саг, передаваемые бардами, или профессиональными рассказчиками, существовали, по-видимому, уже задолго до появления алфавит-нон или даже иероглифической письменности. Литература лишь в силу одного того, что она по своей форме является писанной, зависит от письменности и может процветать только там, где письменность является простой и широко доступной для чтения, то есть в местах, где имеется алфавитное письмо. Однако иероглифическая и китайская литература, будучи изысканной, никогда не могла быть общедоступной.